«ЗАМАКИМА ТРЕПЛО?» – «ЭТО ПРЕДАТЕЛЬСТВО!»

12 views
птицы
Одной из моих собеседниц в Астане по ситуации с Малым Талдыколем стала Джамиля Садыкова (Jamilya Sadykova), которую я раньше знал как активистку антитабачного движения. Но Джамиля попросила не связывать её участие в «озёрном конфликте» ни с этим движением, ни с партией власти.


человек

Джамиля Садыкова

САДЫКОВА: Я здесь не как SOS Taldykol. Я здесь не как член партии «Нур Отан». Я здесь экоактивист. Я обнаружила, что, как активист внутри, не могу с этим смириться. Нас в [медицинском] институте учили биться и бороться за пациента до конца, даже если он не дышит; у тебя есть две попытки — кардиостимуляция и дыхание рот в рот. Получилось так, что я пришла в момент, когда озеро умирает. Она нуждается в реанимации. И я буду делать всё, что от меня зависит, для того чтобы предотвратить эту катастрофу.
БОРЕЙКО: — Вы стали инициатором встречи активистов и жителей близлежащих [к озеру] районов с представителями акимата города на площадке «Нур Отан».
САДЫКОВА: — Да, на площадке. Я хочу подчеркнуть, что это стало возможным при личной поддержке Бауыржана Кыдыргалиевича (Б. К. Байбек, первый заместитель председателя партии «Нур Отан». – В. Б.). Он услышал эту боль и действительно проникся этим. И сказал: можно, так сказать, экстренно созывать Республиканский общественный совет партии «Нур Отан», чтобы посадить за стол Минэкологии, независимых экологов, акимат и других членов, участвующих в этом процессе, чтобы акимат услышал аргументы.
БОРЕЙКО: — То есть Байбек против уничтожения озёр?
САДЫКОВА: — Да, Бауыржан Кыдыргалиевич, я считаю, что он «зелёный» внутри. Моё мнение — что он переживает. Что он, как бывший аким города Алматы, он знает: от акимата, от личной позиции акима много зависит .
БОРЕЙКО: — Он прекрасно знает, что такое экологический проект без учёта мнения жителей.
САДЫКОВА: — Я не была свидетелем, это комментировать не буду. Я сейчас комментирую именно его позицию по Талдыколю, и она, в общем-то, была очень конструктивной. Малый Талдыколь — это достояние нашей страны. Это лёгкие нашего города, в какой-то степени печень и почки, потому что озеро имеет высокие способности к самоочищению. Что всё это время экологи пытались донести. Но их не слышали.
И на этой площадке, на 90 страницах презентации, подготовленной [орнитологом] Русланом Уразалиевым (Ruslan Urazaliyev), [было рассказано] начиная от экологической катастрофы и тем, что вообще-то само озеро не грязное: его загрязняет акимат своими поручениями. Что из него выкачивают воду и что вообще-то вода пригодна для птиц, что показывает прилёт фламинго и что на этом озере живут лебеди, а они живут в чистых озёрах.
И вот когда замакима вместе с руководителем управления архитектуры и градостроительства Уранхаевым…
БОРЕЙКО: — Замакима какой был?
САДЫКОВА: — Нуркенов, Нурлан Нуркенов. Мне кажется, он даже сам не знал, что там находится 3 зирата (кладбища. – В. Б.), что на этом озере обитает 268 видов птиц, среди которых 11 краснокнижных; 10 видов млекопитающих; 300 видов беспозвоночных. По-моему, не предполагал, что это озеро находится на маршрутах миграции краснокнижных птиц на юг. Он услышал мнение других экспертов, которые были против этой варварской засыпки. Он сам на мой вопрос, будет ли приостановлена засыпка, дважды подтвердил, что она будет приостановлена.
БОРЕЙКО: — Он — это Нурлан?
САДЫКОВА: — Нурлан Нуркенов. Два раза подтвердил. Более того, после совещания я подошла лично к нему поблагодарила за такую позицию и сказала: «Вы действительно обещаете, что это будет приостановлено?» Он сказал: «Я даю слово». Я говорю: «Нужно ли письменное какое-то [подтверждение], какой-то протокол?» — «Нет, — он говорит, — моего слова достаточно».
БОРЕЙКО: — Собрание какого числа произошло?
САДЫКОВА: — 17 сентября это произошло.
БОРЕЙКО: — Когда возобновили засыпку озера?
САДЫКОВА: — По-моему, 20-21 числа (сентября. – В. Б.), причём засыпка пошла интенсивно. Просто, вы знаете, это была такая месть за 4 дня передышки. По КамАЗу в минуту, по КАМАЗу в минуту… Ударным способом закопали половину озера.
БОРЕЙКО: — 17 сентября на собрании заместитель акима столицы Казахстана Нурлан Нуркенов обещает приостановить засыпку…
САДЫКОВА: — При всех, 20 человек сидело.
БОРЕЙКО: — А через 4 дня возобновляется засыпка. Заместитель акима трепло?
САДЫКОВА: — Ну, выходит, что он не отвечает за свои обещания.
БОРЕЙКО: — А как верить такой власти, которая не отвечает за свои слова?
озеро
САДЫКОВА: — Я тоже хочу у акимата спросить: а как вам верить после этого? Как вам верить после того, что вы при свидетелях, при экологах говорите: «Мы приостанавливаем засыпку» — и через 5 дней…? Как вам верить?
БОРЕЙКО: — Компрометация столичной власти — это раз. Государственной власти. Он член партии «Нур Отан», а собрание проходило на площадке «Нур Отана» — и это ещё компрометация партии власти.
САДЫКОВА: — Ну, партия власти… Можно прокомментирую? Всё-таки сделали для того, чтобы их услышали (очевидно, имеется в виду: услышали активистов и экологов. – В. Б.). Это ответственность самого замакима: вот так говорить и не выполнять обещания. Я попросила у него телефон, чтобы быть на связи. Он мне не дал. Я телефон нашла, я ему просто скидывала на его телефон, как идёт засыпка, и прям так и задавала вопрос: «Что значит ваше обещание?»
БОРЕЙКО: — Передайте ему, пожалуйста, мои слова, что он трепло. Хорошо?
САДЫКОВА: — Я попробую.
БОРЕЙКО: — Что Вадим так и сказал. Пускай в суд подаёт.
САДЫКОВА: — Ну, в личном можно контакте? Конечно, передам. Но в присутствии других мужчин, как восточная женщина…
БОРЕЙКО: — Он что – «хозяин своему слову»: захотел — дал, захотел — назад взял? Как здорово! Это в порядке вещей?
САДЫКОВА: — Выходит, что так. Он себя дискредитировал.
БОРЕЙКО: — Да не только себя – ещё акимат и партию.
САДЫКОВА: — Ну хотя бы он объяснил. Он же видит — я ему пишу: «Пожалуйста, остановите! Вы же обещали!» Ноль эмоций, ноль эмоций.
БОРЕЙКО: — Джамиля, встреча проходила на площадке партии «Нур Отан». Первый зампред партии Байбек, как вы сказали, — «зелёный». На встрече со стороны замакима идёт враньё откровенное. Всё это происходило в стенах партии власти. И тем самым на неё была брошена тень. Есть какие-то всё-таки рычаги у «Нур Отана» повлиять на этот процесс, если партия называется «партией власти»?
САДЫКОВА: — Партия «Нур Отан», конечно, это не государственная организация, это общественная организация.
БОРЕЙКО: — Это вообще интересный вопрос. У партии такой авторитет, как мы слышим. А тут — полный игнор со стороны подрядчиков. Игнор вообще-то и акимата. То, что возобновили засыпку, — это же дискредитация муниципальной власти.
САДЫКОВА: — Дискредитация, да.
БОРЕЙКО: — Это очень густая тень на власть.
САДЫКОВА: — Это очень, конечно, печально осознавать. Я не ждала, что это будет предательство. Это предательство, я бы сказала, со стороны акимата, со стороны замакима. Я ещё очень хочу услышать позицию самого акима (Алтая Кульгинова. – В. Б.). Я прорываюсь к акиму с момента, когда включилась в процесс.
БОРЕЙКО: — А он высказывался вообще на эту тему?
САДЫКОВА: — Вообще не слышала.
БОРЕЙКО: — То есть он прикрывается своими заместителями?
САДЫКОВА: — Да, по факту происходит так.
БОРЕЙКО: — Мы же не можем предположить, чтобы в столице что-то делалось без его ведома, правда?
САДЫКОВА: — Я согласна.
БОРЕЙКО: — Кстати говоря, мы ещё ничего не слышали [по Малому Талдыколю] ни от правительства (не считая Министерства экологии, которое выступило с пресс-релизом), ни от парламента, ни от президента.
САДЫКОВА: — Я просто активист. Я просто неравнодушный человек.

Фото: Роман Егоров (Roman Egorov).

Об этом тоже важно знать