ЭКСПЕРТ: У ИДЕИ МУСОРОСЖИГАНИЯ ОЧЕНЬ ВЫСОКИЙ ПРОТЕСТНЫЙ ПОТЕНЦИАЛ ПО ВСЕЙ СТРАНЕ

401 views
трубы

Отказаться от проекта строительства мусоросжигательных заводов как экологически опасных, социально-конфликтных и разорительных для населения и экономики Казахстана, вывести «сжигание мусора» из списков «зеленых» технологий, которые поддерживаются субсидиями и иными льготами – таковы первые два требования из открытого обращения ряда экологических организаций к президенту страны, депутатам парламента и правительству страны.


Принято оно было по итогам онлайн-конференции «Общественное мнение о проекте мусоросжигательных заводов в Казахстане». Борьба с растущими свалками таким методом, озвученная в прошлом году, сразу вызвала у части экспертов и общества много вопросов. К сожалению, за прошедшее время ответов не последовало, и вот теперь они «выстрелили» на онлайн-конференции.

Идея строительства мусоросжигательных заводов вызвала критику с самых разных сторонэкологов, общественных деятелей, юристов, производственников. И весьма компетентных, и известных. Так, Егор Зингер, бизнесмен, основатель перерабатывающих заводов, международный эксперт по обращению с отходами, заметил:

В тех странах, где подобная практика существует, мусор сначала проходит обязательную сортировку, а это большая и дорогостоящая работа. У нас до 40-50 % мусора составляют органические отходы, которые надо удалять перед сжиганием. С точки зрения снижения выбросов парниковых газов, такой подход к ликвидации мусорных залежей не просто не рационален, а прямо вреден. Для получения единицы электрической энергии мусора по объемам надо сжечь в два раза больше, чем угля».

Ущерб от угольных электростанций качеству воздуха всем известен. Но, сжигая мусор, мы получим еще больше вредных выбросов. Конечно, те мусоросжигательные заводы, которые есть в Европе, оказывают минимальное влияние на экологическую среду. Но, учитывая наши реалии – казахстанское законодательство, наши технологии, есть огромные риски, что наша практика окажется совсем не той, что есть в Европе. Там на заводах стоят суперсовременные и очень дорогие систему очистки, со строгим контролем за их работой. В Швеции фильтры меняют каждые два месяца. Можно ли гарантировать, что у нас будет такая же практика? – задала вопрос аудитории Айымгуль Керимрай, научный сотрудник лаборатории «Экология биосферы» Центра физико-химических методов исследования и анализа Казахского Национального университета имени Аль-Фараби.

Айымгуль Керимрай

Айымгуль Керимрай / Фото Дмитрия Каратеева

Истоки еще одной проблемы действующее экологическое законодательство

В Казахстане до сих пор действуют принятые еще в советские времена предельно допустимые концентрации (ПДК) вредных веществ, содержащихся в воздухе. Они разительно отличаются от нынешних ПДК, которыми руководствуется Всемирная организация здравоохранения (ВОЗ). Формально мусоросжигательные заводы будут отвечать стандартным требованиям, а на деле будут загрязнять окружающую среду. Такая же картина сегодня сложилась вокруг угольных электростанций Казахстана. Есть целый ряд других претензий к проекту строительства мусоросжигательных заводов, а также к вероятной казахстанской практикепо их строительству и эксплуатации.

В одной из статей в западном профессиональном журнале мусоросжигательные заводы авторами охарактеризованы как «лекарство», которое хуже самой болезни, заметила Айымгуль Керимрай.

Почему же эти факты, известные экспертам, не были учтены при принятии законодательства о мусоросжигательных заводах?

Вадим Ни

Вадим Ни

 В том процессе вообще было много странного, говорит юрист Вадим Ни, председатель попечительского совета Социально-экологического фонда. Эту инициативу Министерства экологии, геологии и природных ресурсов не стоит поддерживать, и перспектив реализации она не имеет.

В чем же интрига? 1 июля нынешнего года вступает в силу новая редакция «Экологического кодекса», которая предусматривает сжигание мусора и строительство мусоросжигательных заводов по стране как ключевой механизм для сокращения объемов мусора с получением и дальнейшим использованием энергии от этого процесса. В законе это называется энергетической утилизацией отходов. Для реализации этих положений предусматривается принятие ряда подзаконных актов. Они касаются экологических требований к мусоросжиганию, перечня отходов, которые не будут подлежать сжиганию, выбора проектов по мусоросжиганию и целого ряда других моментов. Все это будет принято приказами министра экологии, геологии и природных ресурсов.

Но! – подчеркнул Вадим Ни При принятии этих решений из процесса как-то, «выпало» правительство, как высший коллегиальный исполнительный орган. В правительственном проекте «Экологического кодекса» от 30 ноября 2019 года не было речи об энергетической утилизации отходов.

Там был лишь так называемый «зеленый» тариф на энергию от термической утилизации отходов. Ее можно было легко спутать с термической обработкой отходов, а это совсем не о сжигании мусора. И это практически все… Да, статья по энергетической утилизации отходов позже появилась в новой редакции «Экологического кодекса» с помощью депутатов. Но что произошло? Правительство не рассматривало этот вопрос в рамках официальных процедур согласования госорганами и коллегиального утверждения правительственного варианта проекта «Экологического кодекса». Не знаю по какой причине. Возможно, Министерство экологии пошло в обход официальной процедуры, а возможно, правительство не захотело брать на себя ответственность, и все пошло не так, как должно было. Сейчас уже есть новые поправки к экокодексу и к другим законам по мусоросжиганию, опять же продвигаемые через депутатов. А процесс принятия решения, который изначально стал «левым», становится все более непрозрачным, подчеркнул эксперт.

Вадим Ни озвучил ряд вопросов к руководству Министерства экологии, геологии и природных ресурсов, первые из которых звучат так:

Почему механизм энергетической утилизации отходов был исключен из официальной процедуры согласования государственными органами и утверждения правительством проекта экокодекса?

Почему он не обсуждался широко на стадии разработки правительственного законопроекта, а вдруг появился в презентации в парламенте в качестве одного из ключевых нововведений экокодекса?

Как эксперт по вопросам работы гражданского общества с первой половины 90-х годов ХХ века, я скажу, что у этой инициативы нет шансов на реализацию. У мусоросжигания чрезвычайно высокий протестный потенциал по всей стране. Это изначально означает деньги, которые будут выброшены на ветер, поэтому я поддерживаю обращение общественности к президенту с призывом остановить эту авантюру на начальном этапе, заявил Вадим Ни.


Другие статьи автора читайте здесь

Фото обложки Pixabay

Об этом тоже важно знать