ПРОЙТИ ТОЧКУ НЕВОЗВРАТА

756 views

Управление туризма Алматы будет рекламировать за 300 тысяч долларов еще не существующий курорт «Кокжайлау»?


КРАТКОЕ СОДЕРЖАНИЕ ПРЕДЫДУЩЕЙ СЕРИИ


Во вчерашнем посте я рассказал о том, что завершился тендер, проведенный управлением туризма и внешних связей Алматы (руководитель – Ерлан Жайлаубай).

Он называется – «Изготовление и размещение рекламной продукции на городских конструкциях и информационно-рекламное сопровождение проекта».

Подряд на 99 млн тенге, или $300 тыс., достался «Zharnama agency», ТОО с 9-месячной биографией, учрежденному журналистом Асель Мамурбековой.

В этом тендере всё было расчудесно, кроме названия проекта. Оно отсутствовало. Во всех документах: объявлении на портале госзакупок, протоколах конкурса, технической спецификации, – кроме договора, информация о котором на утро пятницы еще отсутствовала.

Я решил выяснить, что всё-таки управление туризма хочет рекламировать.


ПОЙДЕМ ЛОГИЧЕСКИМ ХОДОМ


Пойду логическим ходом. Точнее, пойдем вместе.
Из технического задания рекламной кампании ясно, что проект, который «шифруют», ориентирован в первую очередь на Алматы.

Это может означать, что Ерлану Жайлаубаю нужно «продать» жителям города некий новый крупный турпродукт, по поводу которого в обществе нет консенсуса.

Мои постоянные читатели с первого раза отгадают, что это проект горного курорта «Кокжайлау».
Но всё же логических выкладок мне показалось недостаточно.

В четверг я позвонил в приемную Ерлана Жайлаубая: он в командировке, будет только в понедельник.
Попытался связаться с ТОО, подававшими заявки на участие в тендере. Нашел телефоны двух проигравших компаний. В одну из них дозвонился. Представился, объяснил, что хочу узнать название или тему проекта. Девушка настоятельно советовала мне почитать техзадание. Да я его почти наизусть знаю. Бессмысленный разговор длился минут пять. Она так и не поняла меня. Или не захотела понимать. Или попросили не говорить. А может, и не сказали, что за проект: какая, в самом деле, разница, к чему эскизы рисовать?

Тогда я обратился к официальным документам. На сайте управления туризма есть раздел «Бюджетные программы».

Там десяток приказов посвящен утверждению и переутверждению бюджетных программ для управления туризма и внешних связей на 2017-2019 гг.

Не буду перегружать этот пост скриншотами: если кто буквоед, как я, – посмотрите сами. Дам только summary, то есть выжимку.

Приказом г-на Жайлаубая от 21 ноября 2017 года переутверждены четыре бюджетные программы. Перечислю.


БЕЗ УПРАВЛЕНИЯ ТУРИЗМА НЕ БУДЕТ И ТУРИЗМА


1. Услуги по реализации государственной политики на местном уровне в сфере туризма и внешних связей.
Цель программы: становление туризма как высокорентабельной отрасли экономики города Алматы. Ее конечные результаты: содержание штата управления туризма и внешних связей в количестве 18 единиц.
Не смейтесь: это прямая цитата из документа.

И дальше – расходы на жалованье 18 сотрудников Ерлана Дуйсенбековича: 2017 год – 65,632 млн тенге; 2018 – 55, 118 млн; 2019 – 56, 505 млн. Плюс небольшие расходы на сотрудников, проходящих переквалификацию.
Сочувствую г-ну Жайлаубаю: не пожируешь. Напомню, г-н Нуров, директор «дочки» управления – ТОО «Almaty Mountain Resorts», управляющей компании проекта «Кокжайлау», жаловался, что он беден, как церковная мышь. Зарплата Наиля Фаридовича составляет «всего» 650 тыс. тенге. А на 7-месячное содержание ТОО (с 8 ноября 2017, дня подписания договора, до 15 июня 2018, передвинутого срока сдачи ТЭО) ушло, по собственному признанию Нурова, 60 млн тенге – больше, чем на всё управление за год. Хотя у Наиля Фаридовича работает 6 человек – втрое меньше, чем у Ерлана Дуйсенбековича. И я до сих пор не могу понять, чем они там в AMR занимаются.


«ЯРДЫ» ДЛЯ VISITALMATY.KZ


2. Регулирование туристской деятельности.
2017 год – 1 млрд 050 млн тенге; 2018 – 1 млрд 182 млн тенге; 2019 – 1 млрд 268 млн.
В описании (обосновании) расходов читаем: «Расходы направлены на обеспечение имиджевого сопровождения организации в городе Алматы крупных международных событий, (…) развитие сайта, создание карты информационных центров, размещение QR-кодов на объектах, создание туристических маршрутов и другие мероприятия, на создание Бренда и PR для привлечения туристов, изготовление сувениров с символикой города Алматы и т. д.».

Кстати, в приказе от 20 декабря 2016 года, подписанном и.о. руководителя управления А. Жуасбаевым, обоснование расходов по этой же бюджетной программе почти с такими же цифрами было более откровенным и конкретным:

«Расходы направлены на обеспечение деятельности подведомственной организации – «Туристский информационный центр» (то есть VisitAlmaty.kz, которая на пикник людей водила. – В. Б.).
Деятельность ее заключается в проведении разных международных, республиканских, городских мероприятий: ярмарок, выставок – и выпуске рекламной продукции.

Тут я чуть задержусь. 11 июня г-н Жайлаубай объявил еще один тендер – «Изготовление сувенирной продукции с нанесением логотипа». На 11 млн 857 тыс. 142,87 тенге. Это заказ на выпуск разных полезных вещиц: футболок, флешек, магнитиков, зонтов, блокнотов, многоразовых бутылок для воды, кружек, экосумок и т. д.
И в технической спецификации, например, футболки чётко и ясно написано: «С нанесением логотипа Алматы в соответствии с брендбуком города с одной стороны и с другой – названия Заказчика и контактных данных типографским способом».

А в техническом задании большого рекламного заказа даже не указано, что должно быть изображено на точно таком же сувенире – значке.
Всё предусмотрели: «Изготовление значков из двух металлических половинок, в нижней части заготовки специальное место для крепления булавки, с помощью которой изделие крепится на одежду. Напечатанная полиграфическая картинка (полноцвет) защищенная сверху прозрачной лавсановой пленкой, которая препятствует попаданию на полиграфию пыли и влаги в процессе эксплуатации. Диаметр – 30 мм».
Но о том, что на картинке, – ни слова.
Если рекламная кампания посвящена продвижению брендбука Алматы – зачем это скрывать? В «сувенирном» тендере же не скрывают. Значит, нам, возможно, собираются рекламировать что-то другое.


НЕ НАША ТЕМА


3. Капитальные расходы госоргана – КГУ «Управление туризма и внешних связей г. Алматы».
Здесь расходы направляются на оснащение туристического объекта «Центр ремесленников г. Алматы» по пяти мастерским. Цена вопроса – 13 млн тенге на 2017 год. Явно не относится к нашей сегодняшней теме.


ПОСЛЕДНИЙ ПРИКАЗ


4. И, наконец, последняя бюджетная программа – «Разработка или корректировка, а также проведение необходимых экспертиз технико-экономических обоснований бюджетных инвестиционных проектов и конкурсных документаций концессионных проектов, консультативное сопровождение концессионных проектов».
Цель: создание международного (?! – В. Б.) круглогодичного горнолыжного комплекса в пригородной зоне города Алматы со всей сопутствующей инфраструктурой.

Конечные результаты: окончание разработки ТЭО для строительства ГЛК «Кокжайлау» (2017 – 40%, 2018 – 60%).
Что любопытно, г-н Жайлаубай переутвердил эту бюджетную программу со всеми формулировками и цифрами своим приказом от 21 февраля 2018 года. В тот день состоялся первый круглый стол по новому проекту, где нас уверяли, что курорт будет городским, а не международным.
А суммы приведены такие: на 2017 год – 78 млн 266 тыс. тенге, на 2018-й – 121 млн 399 тыс. тенге. Итого: 199 млн 665 тыс. тенге.

Договор на ТЭО гг. Жайлаубай и Нуров заключили на 195 664 тыс. тенге. Остается 4 миллиона 1 тысяча тенге.
А я как-то рассчитал стоимость государственной экспертизы ТЭО на калькуляторе сайта gosexpertiza.kz: получилось 3 млн 737 тыс. 794 тенге. Эта сумма прекрасно укладывается в остаток в 4 миллиона.


ШУТКИ С БЮДЖЕТНОЙ ДИСЦИПЛИНОЙ


Но!
Как я писал в предыдущих главах расследования, Ерлан Жайлаубай в апреле-мае провел тендер «Услуги по независимой экспертной оценке технико-экономического обоснования для строительства горнолыжного курорта «Кокжайлау» на 44 млн тенге (без 32 тиын). И отдал заказ ТОО «ИЛФ Казахстан», местному представительству австрийской компании ILF. Смело пишу «отдал», потому что на участие этом конкурсе поступила всего одна заявка.


Теперь внимательно.

В этом году больше никаких переутверждений бюджетной программы по «Кокжайлау» не было. По крайней мере, на сайте управления туризма на этот счет ничего не опубликовано: приказ Жайлаубая от 21.02.2018 – последний по времени документ.
Выделенные без малого 200 млн тенге уже распределены: 195,664 млн на ТЭО (расходы на ТОО «Almaty Mountain Resorts», генпроектировщика ТЭО «ГеоДата Плюс», субподрядчика – французскую DIANEIGE S. A.) плюс 4 млн, возможно, на госэкспертизу: ее еще не было.

Никакие 44 миллиона для «ИЛФ Казахстан» сюда не помещаются. Стало быть, не заложены. Может, г-н Жайлаубай провел эти расходы по другой статье? Но по другой статье он их провести не мог: экспертизы предусмотрены только бюджетной программой по «Кокжайлау», а там все деньги посчитаны.
Это уже попахивает пренебрежением бюджетной дисциплиной. А с нею шутки чреваты. Если, конечно, за этой дисциплиной в акимате вообще следят.


ILF В ИГРЕ


Раньше я писал, что подписание договора о независимой экспертизе 28 апреля, за два дня до первоначального срока сдачи ТЭО, выглядит странной импровизацией. Если не сказать – подозрительной.
Словно чья-то страстная воля (не Жайлаубая, повыше) хочет непременно втянуть в проект австрийскую ILF. И пусть вас не смущает «скромный» размер вознаграждения за экспертизу – 112 тыс. евро. Ей еще дадут поучаствовать в деле и заработать. Вслед за ТЭО будет заказ на ПСД (проектно-сметную документацию), а это уже миллиарды тенге. А затем и собственно строительство объектов, где на кону – «не более $200 млн».
Вангую: мы еще увидим в игре ILF, чей бывший СЕО (председатель совета директоров, босс) Андреас Колер, напомню, год назад находился под американским судом по делу о взятках в Казахстане и свою вину признал.


РЕЗЮМЕ


Резюмирую анализ бюджетных программ управления туризма, в которых должны быть отражены все крупные проекты, которые ведет ведомство.
Мы увидели общее направление деятельности ведомства Ерлана Жайлаубая – продвижение бренда Алматы как магнита для туристов. И один конкретный «якорный» проект – курорт «Кокжайлау».
Так что собирается рекламировать управление туризма и почему не называет проект?
Если это продвижение туристского брендбука южной столицы, то секретничать здесь никакого смысла нет. И я уже об этом говорил.
Вывод будто бы напрашивается один-единственный. Но и в нем я не уверен на сто процентов. Могу ошибиться и готов к любым сюрпризам.
В этом проекте столько несказанности и недосказанности – при декларируемой открытости, столько игр, неискренности, тумана, а подчас и обмана, что не мудрено попасть впросак и мне. Если Ерлан Жайлаубай опровергнет мои рассуждения с фактами в руках, ну что же, признАю ошибку и… расскажу об очередном загадочном тендере.
Но если всё же я прав в своих догадках, которые вроде бы подтверждаются документами, и рекламная кампания таки посвящена курорту «Кокжайлау», то есть весомая причина не светить ее до поры до времени.


ПРИЧИНА НЕ СВЕТИТЬСЯ


На презентации проекта 31 мая Наиль Нуров во всеуслышанье заявил: «Вопрос общественных слушаний будет для нас основным. Это наша добрая воля». В середине июня (которая, между прочим, уже наступила) обещал опубликовать на сайте готовое ТЭО – чтобы все дали комментарии и оценки. «Только после этого будем считать работу законченной и объявим дату [слушаний] – ориентировочно середина августа».
Звучит как музыка и прям стратегия – навстречу людям с открытым сердцем.

Но если даже словом обмолвиться, что за два месяца до слушаний запланирован массированный рекламный промоушн курорта и на него выделены неслабые деньги, это будет смачный харчок в рожу общественности. То есть, простите, свидетельство полного ее игнора.

Значит, наверное, решили соблюсти приличия: слушания проведем, а там и рекламная продукция как раз подоспеет. Тем более что срок поставки ТРУ (товаров, работ, услуг) – июнь-декабрь 2018 года.
Хотя игнора от соблюдения приличий меньше, конечно не станет.

Общественные слушания – это такие ритуальные танцы. Вроде тендера. Заказчик же практически всегда знает, какую компанию нужно протащить до многомиллионного контракта. Но для этого необходимо пройти конкурсные процедуры и потерять какое-то время: так заведено. Они ж типа закон о госзакупках соблюдают.
А вы посмотрите перечень тендеров только одного управления туризма: сколько из них завершаются методом «Из одного источника по несостоявшимся закупкам». Что означает: чужие там не ходят.

Для акимата общественность на слушаниях играет ту же роль «массовки», что на тендере исполняют фирмы, у которых сначала принимают заявки, а потом отсекают от участия – из-за несоответствия квалификационным требованиям или конкурсной документации, и «своя» компания становится «одним источником».


НЕСКОЛЬКО ПРИЧИН ДЛЯ РЕКЛАМЫ


Чем меньше резонов «палить» рекламную кампанию, тем больше причин ее проводить:
– Курорта еще нет, но его надо визуализировать, поселить в общественном сознании привычную мысль, что он там непременно будет. Весьма реальную версию высказал в комментарии к моему предыдущему посту директор Ассоциации биоразнообразия Казахстана Сергей Скляренко: «Путь реализации [проекта курорта] – реклама, тусовки на КЖ, и главное – просто открыть шлагбаум. Джипы и толпы отдыхающих – откроют ведь для народа, «хватить хранить красоту для “элитарного клуба”» – сделают свое дело за сезон. После этого ни один честный эксперт не скажет, что это место, которое реально стоит сохранять. Дорогу строить пока не надо, имеющуюся раздолбают так, что все сами попросят асфальта, чтобы избежать эрозии, и город пойдет навстречу. Дальше всё просто, расписывать не стоит. Будет так называемое «развитие курорта снизу», с малыми деньгами от государства и частными вложениями. Но результат все тот же. Очень вероятный ход событий» (конец цитаты).

– Важно сейчас вбухать в проект как можно больше бабла, чтобы пройти точку невозврата. В главе «Золотое дно Кокжайлау» я посчитал, что еще до начала застройки урочища уже потрачено от 64 до 70 миллионов долларов: на старые ТЭО и ПСД, подстанцию, коллектор и газификацию (двух последних объектов нет, но средства освоены). Деньги продолжают улетать, делая «нулевой вариант» («Не строй на КЖ») всё более призрачным.
– Конечно, главная цель – добиться выделения на строительство «не более $200 млн», от которых очень многим причастным станет хорошо на душе и текущих счетах.
Вот чем вызваны рекламные, пиаровские и административные «активности» в проекте КЖ.


ЧТО ДЕЛАТЬ?


Я не ставил задачу навеять на вас тоску и бессилие, хотя ситуация как бы к этому располагает.
Что делать, когда кажется, что ничего не можешь изменить?

Прочел у Павла Александрова интересный комментарий (правда, по другому поводу):

Выученная беспомощность (англ. learned helplessness), также приобретённая или заученная беспомощность – состояние человека или животного, при котором индивид не предпринимает попыток к улучшению своего состояния (не пытается избежать негативных стимулов или получить позитивные), хотя имеет такую возможность. Появляется, как правило, после нескольких неудачных попыток воздействовать на негативные обстоятельства среды (или избежать их) и характеризуется пассивностью, отказом от действия, нежеланием менять враждебную среду или избегать её, даже когда появляется такая возможность. У людей, согласно ряду исследований, сопровождается потерей чувства свободы и контроля, неверием в возможность изменений и в собственные силы, подавленностью, депрессией и даже ускорением наступления смерти.

Кто-то узнал себя? Так избавляйтесь от заученной беспомощности: это благодаря им вы ее приобрели. И помните, что она вредит здоровью.
Павел добавляет:

Считаю, что кричать, даже когда ты ничего не можешь изменить, – это лучше, чем спокойно молча смотреть, как орки уродуют твою землю»

фотограф: Наталья Ли

Вот и ответ, что делать, – подавать голос. Важен каждый. У всех есть страница в фейсбуке, она усиливает ваш голос: вас как минимум слышат друзья.
Что еще? Не будьте легковерными и не клюйте на «дары данайцев» наподобие «пикников», «походов» и «субботников». За ними стоит стремление «мягкой силой» захватить и угробить урочище. И оно вызвано корыстью.
Сами проводите пикники, походы и субботники. Без казанов, динамиков и джипов. Как раньше.

Хороший совет дает Сергей Скляренко:

Защита [от застройки Кокжайлау] – креатив и обязательно продвижение и официальное гос. утверждение альтернативной концепции развития, с жестким запретом проезда и др. Без подобного проекта – ползучее разрушение, дележ и прочие прелести.

Два месяца – достаточный срок для подготовки такой концепции.
Со своей стороны, обещаю продолжать расследование и регулярно сообщать вам новую информацию, какую узнаю.
Мы не в изоляции. К нам если пока не прислушиваются, то слышат нас – точно.
И помните: слово правды весь мир перевесит.
(Продолжение следует.)

Мы продолжаем публиковать расследование известного казахстанского журналиста Вадима Борейко о ситуации, связанной с планируемым строительством на урочище Кок-Жайляу. Предыдущие публикации:часть 1, часть 2, часть 3, часть 4, часть 5 и часть 6.


ЧИТАЙТЕ ПО ТЕМЕ КОКЖАЙЛАУ:


«Тайный проект», 14 июня
«Открылась бездна, звезд полна», 12 июня.
«Большой Алматинский Пикник: коготок увяз – всей птичке пропасть», 11 июня.
«Административная рента с небесного пастбища», 3 июня.
«Жайлаубай и Нуров – противники застройки урочища Кокжайлау?», 1 июня.
«Почему я не поверил в души прекрасные порывы Нурова и Жайлаубая», 1 июня.
«Он бы прямо на митингах мог деньги зарабатывать», 31 мая 2018 года.
«Как кормят пресс-завтраками», 22 мая.
«Хоть чучелом, хоть тушкой», 21 мая.
«Persona non grata», 21 мая.
«Золотое дно Кокжайлау», 17 мая.
«Сколько денег уже спалили на Кокжайлау», 16 мая.
«Сколько раз «переобулся» Наиль Нуров», 16 мая.


Фото: Дмитрий Каратеев

Об этом тоже важно знать