ПОЧЕМУ Я НЕ ПОВЕРИЛ В ДУШИ ПРЕКРАСНЫЕ ПОРЫВЫ НУРОВА И ЖАЙЛАУБА

1475 views

Мы продолжаем публиковать расследование известного казахстанского журналиста Вадима Борейко о ситуации, связанной с планируемым строительством на урочище Кок-Жайляу. Начало публикации – в предыдущем номере.


ВСЕГДА ЛУЧШЕ ЗНАТЬ БОЛЬШЕ


Я долго думал: давать этот материал ДО или ПОСЛЕ презентации нового проекта «Кокжайлау»?

Дал бы «до» – гарантированно получил бы скандал. Меня всегда учили, что для СМИ скандал – в любом случае хорошо. Но вообще это не мой стиль. И скороспелому хайпу я предпочитаю докапывание до конечной информации. (Сознательно избегаю слов «истина» и «правда» – как дискредитированных морфем с выхолощенным смыслом.)

Кроме того, решил послушать, что скажут на презентации руководитель управления туризма Алматы Ерлан Жайлаубай и гендиректор ТОО «Almaty Mountain Resorts» Наиль Нуров.

Когда владеешь изрядным объемом информации по теме, всегда интересно следить за спикерами: о чем они говорят охотно, о чем неохотно, на какие вопросы отвечают уклончиво, о чем вообще не упоминают.

Короче, 31 мая я шел в отель Holiday Inn Almaty на встречу с ними, зная о проекте «Кокжайлау» немного больше, чем знал на пресс-завтраке с этими же товарищами 21 мая.

Примечание. Все сведения, приведенные в этой и следующей статьях, почерпнуты из открытых источников – на портале госзакупок, из переписки с г-ном Нуровым и с помощью поиска в Google.


СПИСОК НУРОВА


Напомню, на неформальной тусовке в MyCafe журналисты узнали о новых партнерах проекта – французской PEAK’ING и австрийской ILF Consulting Engineers.

Поскольку в тех документах тендера на разработку ТЭО курорта «Кокжайлау», которыми я обладаю, эти компании не значатся, логичен был мой вопрос г-ну Нурову: а кто они такие?

Наиль Фаридович уверил меня, что они «задекларированы», и пообещал прислать недостающие бумаги. И в тот же день, спасибо ему, прислал.

Документов было пять:

1. Договор о совместной деятельности ТОО «ГеоДата Плюс» (проектная организация, разрабатывала ТЭО ГЛК «Кокжайлау» и в 2013-2014 гг., гендиректор Кузнецова Л. А. – В. Б.) и ТОО «Almaty Mountain Resorts» (компания, управляющая проектом «Кокжайлау», учреждена управлением туризма Алматы, гендиректор Нуров Н. Ф. – В. Б.) от 24.10.2017 г. (см. скриншот 1).

2. Доверенность ведущему участнику консорциума (в которой г-жа Кузнецова наделяет г-на Нурова рядом полномочий. – В. Б.) (см. скриншот 2).

3. Сведения о квалификации потенциального поставщика (перечисляются проекты, выполненные ТОО «ГеоДата Плюс». – В. Б.) (см. скриншот 3).

4. Сведения о субподрядчиках. (В качестве субподрядчика фигурирует французская компания DIANEIGE S. A. Она член PEAK’ING, ассоциации французских компаний, специализирующихся в сфере проектирования горнолыжных курортов. Поскольку ассоциация не является юридическим лицом, договор о субподряде был заключен с DIANEIGE S. A. – В. Б.). (см. скриншоты 4, 4а).

5. Еще одни «Сведения о квалификации потенциального поставщика» (Здесь перечислены 15 специалистов компании во главе с руководителем проекта Луи Гили (Louis Guily), с указанием должности, образования, квалификации и специализации. – В. Б.). (см. скриншот 5).

В общем, стало немного понятнее. ТОО «Almaty Mountain Resorts» «выиграло тендер» на разработку ТЭО, объявленный его учредителем – управлением туризма (8 ноября 2017 года гг. Нуров и Жалаубай подписали договор о госзакупках). И препоручило ТОО «ГеоДата Плюс» собственно выполнение работ, оставив за собой «общее руководство».

В свою очередь, «ГеоДата Плюс» отдала в субподряд французской компании:

– консультационные и экспертные услуги по разработке ТЭО;

– предварительную и комплексную оценку проектируемой территории;

– разработку мастер-плана курорта.

А себе оставила технико-экономическую часть работ и адаптацию проекта к местности.


НОВЫЙ ТЕНДЕР


Однако ни в документах тендера, которые есть у меня, ни в тех, что прислал мне г-н Нуров, нет ни слова ни о каких австрийцах. Имею в виду компанию ILF Consulting Engineers, о которой как о партнере объявили гг. Жайлаубай и Нуров на пресс-завтраке.

Пришлось снова отправляться в лабиринты портала госзакупок. И вот что выяснилось.

Первоначально по договору разработка ТЭО должна была быть завершена к концу апреля. Но потом сроки перенесли на 15 июня.

Наиль Фаридович объяснял это тем, что «каждый день появляются новые идеи».

Оказалось, что появлялись не столько новые идеи, сколько новые партнеры.

В середине апреля управление туризма вдруг объявляет еще один конкурс, он же тендер: «Услуги по независимой экспертной оценке технико-экономического обоснования для строительства горнолыжного курорта «Кокжайлау».

То есть через пять месяцев работы над ТЭО неожиданно понадобилась независимая экспертиза.


БЫВАЮТ В ЖИЗНИ ЭКСПЕРТИЗЫ


Надо сказать, у такого рода проектов бывает несколько экспертиз.

Во-первых, оценивает заказчик. В нашем случае – формально управление туризма. Если брать шире – сам аким: Бауыржан Байбек неоднократно заявлял, что лично курирует проект. Ну, хорошо, они не эксперты.

Во-вторых, это общественная экспертиза. Куда уж независимее? Отечественные спецы есть, готовы работать бесплатно. Но у нас традиционно своим экспертам не доверяют и их не привлекают.

В-третьих, существует государственная экспертиза. Критерий ее работы – соответствие проекта правовым и нормативным документам. Тут, конечно, сплошная аффилированность, и ни о какой независимости речи нет: и заказчик, и подрядчик, и оценщик представляют государство.

Были независимые эксперты в проекте 2013-2014 гг.? Были! И назывались «независимым экспертным советом». Согласно резюме ТЭО, в него входили аж два члена – Алессандро Марцола, управляющий партнер Dolomiti Superski (Италия), и Жоан Виладомат Кортабитартэ, исполнительный президент ГЛК GrandValira (Андорра). Однако расходы на их услуги в предварительном бюджете развития горнолыжной инфраструктуры курорта отдельно указаны не были.


А КАКОВЫ КРИТЕРИИ?


Но всё же, по каким критериям будет работать «независимый эксперт»? Есть прописанная методика? Или французский мастер-план будет оцениваться по принципу «нравится – не нравится»?

В техническом задании на оказание работ и услуг должны быть указанные методические основы, правовые и нормативные документы, на базе которых исполняется договор.

Скажем, в техзадании на разработку ТЭО такая методология обозначена:

«Разработку ТЭО выполнить в соответствии с Правилами разработки или корректировки, проведения необходимых экспертиз инвестиционного предложения государственного инвестиционного проекта, а также планирования, рассмотрения, отбора, мониторинга и оценки реализации бюджетных инвестиций, утвержденных приказом Министра национальной экономики Республики Казахстан от 05 декабря 2014 года № 129».

А в техзадании на оказание консультационных услуг по независимой экспертной оценке такой графы, как «Методические основы, правовые и нормативные документы», вообще НЕТ.

В графе “Исходные данные” указана лишь некая “Методология проектного подхода и анализа”. Но что это за документ, нормативный ли он, кем утвержден – не расшифровано.

Договор гг. Жайлаубая и Нурова на разработку ТЭО от 8 ноября 2017 года я перечитал несколько раз. Ни в контракте, ни в техзадании – НИ СЛОВА о необходимости независимой экспертной оценки! Может, она как-то завуалирована? Однако юридические документы должны иметь однозначное толкование.

Меня терзают смутные сомненья, что введение в проект нового партнера в конце апреля, когда ТЭО по договору уже должно было быть готово, стало ИМПРОВИЗАЦИЕЙ его кураторов.

Если я ошибаюсь, пусть мне скажут – в чём.

Пока же условно допущу, что независимая экспертиза проекта не является ИСКУССТВЕННО СОЗДАННОЙ ПОТРЕБНОСТЬЮ и заслуживает, чтобы за нее заплатили.


ОН ПОНЯЛ, ЧТО Я ЗНАЮ. И Я ПОНЯЛ, ЧТО ОН ПОНЯЛ


Вернемся к тендеру на оказание консультационных услуг по независимой экспертной оценке ТЭО.

К дню презентации я успел прочитать его документы. Но хотелось услышать, что скажет Ерлан Жайлаубай, который проводил конкурс и подписывал договор.

После выступления г-на Нурова и презентации проекта черед дошел до вопросов.

Я поблагодарил Наиля Фаридовича за оперативно присланные документы и спросил Ерлана Дуйсенбековича, когда проводился конкурс, какова сумма лота, кто является подрядчиком и субподрядчиком и когда срок сдачи работ.

После прелюдии о важности общественных слушаний г-н Жайлаубай ответил и на мой вопрос:

– Консультанты ILF привлечены нами для того, чтобы подрядчики в лице «Almaty Mountain Resorts», «ГеоДаты», DIANEIGE S. A. соблюдали те установки, о которых мы говорим относительно проекта. В первую очередь, это снижение вреда на экологию. Мы создаем новое городское пространство, в котором предусмотрены активности не только горнолыжные, но и летние. Как госслужащий, я не все технические решения могу понять. Для этого мы привлекли специалистов. Конкурс был проведен официально. Дату и сумму я вам передам позже, это открытая информация. А с учетом того, как вы успешно пользуетесь порталом госзакупок, вы эту информацию найдете.

Последние два предложения были адресованы мне. Ерлан Жайлаубай понял, что я уже знаю эту информацию. И я понял, что он понял и не хочет оглашать ее при всех. Чтобы не акцентировать на ней внимание других журналистов.

Ведь аудитория их СМИ – десятки тысяч людей. Хотя потенционально моя аудитория сейчас, после закрытия «Рателя», насчитывает 11 тысяч подписчиков в фейсбуке, материалы о Кокжайлау и на другие темы читают в среднем 100-200 френдов. Не то чтобы не умею писать коротко, но жанр расследования всё-таки предполагает достаточно приличный объем текста. А на лонгриды в соцсетях не слишком большой спрос: ими интересуются ограниченные фокусные группы.

Наверное, на это и рассчитывал г-н Жайлаубай, отказавшись говорить об итогах тендера при стечении публики, – что итоги моих раскопок не распространятся слишком широко.

Кстати, в отличие от г-на Нурова, который прислал мне документы в тот же день, что и обещал, от г-на Жайлаубая спустя сутки я ничего не получил.


КОГО ХОТЕЛИ – ТОГО И ПРИВЕЛИ


Ну да ладно, я вам и без него всё расскажу.

19 апреля заявку на участие в конкурсе подала всего ОДНА фирма – ТОО «ИЛФ Казахстан». Это филиал ILF Consulting Engineers в нашей стране, на рынке больше 15 лет (см. протокол вскрытия – скриншот 6).

24 апреля суровый, но законопослушный председатель конкурсной комиссии Ерлан Жайлаубай признал тендер несостоявшимся, поскольку было подано менее двух заявок (см. протокол об итогах – скриншот 7, 7а).

скриншот 7

скриншот 7а

Впрочем, это не помешало ему же через 4 дня, 28 апреля, подписать договор с управляющим директором ТОО «ИЛФ Казахстан» Пируччи Умберто (см. скриншот 8). Скорее всего, закупка была произведена знаменитым методом «из одного источника».

скриншот 8

Даже не собираюсь оспаривать легитимность этой сделки. Зимой пытался поставить под сомнение результаты тендера на ТЭО, который проводило всё то же управление туризма, а выиграла его «дочка» – квазигоскомпания Нурова. Запросы писал в инстанции: это же аффилированность! Какое там. Только месяц времени потерял. Департамент во внутреннему госаудиту как отрезал: это в соответствии с законом о госзакупках!

У нас чиновники что ни захотят – всё по закону.

Вот и в этом тендере – захотели привести через тендер к заключению контракта нужную им компанию и даже не стали заморачиваться на том, чтобы для иллюзии конкуренции привлечь подставные фирмы: видно, торопились. И привели!


ДВЕ ВЕРСИИ


Черновик материала, который вы читаете, написан до презентации. В первоначальном варианте эта главка называлась «Сроки опять перенесут?» И там был такой абзац: «Похоже, из-за внезапно появившегося нового партнера гг. Нуров и Жайлаубай будут опять подписывать дополнительное соглашение к договору о переносе сроков. Ну а что им, своя рука владыка. Лишь бы аким разрешил».

Я как в воду глядел. Все слышали и записали на диктофоны слова Нурова:

– ТЭО практически готово.15 июня мы должны его сдать. Но мы сдавать не будем. Но не потому, что не готовы. А потому, что не хотим!

Пролонгацию сроков договора он объяснил внезапно вспыхнувшей любовью к общественным слушаниям.

Но я думаю, причина кроется в другом.

Какой вещественный результат ожидают от работы «ИЛФ Казахстан»? Согласно техническому заданию, это должны быть два отчета – о независимой оценке концептуального мастер-плана ГЛК и окончательных версий отчетов, документации и чертежей.

На подготовку первого отводится 20, второго – 60 календарных дней. Раз договор подписан 28 апреля, значит, второй отчет должен быть готов к концу июня.

Но ведь французской DIANEGE S. A. нужно время, чтобы внести замечания и исправления оценщика.

Наиль Фаридович это предусмотрел и объявил, что общественные слушания пройдут «ориентировочно в середине августа». То есть ТЭО с замечаниями ILF должно быть готово к этому времени.

По срокам всё сходится.

Эта версия о причинах очередного переноса сдачи ТЭО имеет ровно такое же право на существование, что и та, которую огласили кураторы проекта.

Но я, по крайней мере, предъявляю документальные аргументы, а у гг. Нурова и Жайлаубая – «души прекрасные порывы». То есть неожиданно проснувшийся интерес к участию общественности в обсуждении проекта.

Мне на минутку стало стыдно, что не смог оценить эти искренние движения благородных душ по достоинству.


СКОЛЬКО-СКОЛЬКО?


Читатель, наверное, ждет, когда же я объявлю цену вопроса: во сколько государственных тенге встанет «независимая оценка»?

Объявляю: 43 миллиона 999 тысяч 999 тенге 68 тиын, включая НДС (см. скришот 8)!

Я как-то писал, что наши чиновники как огня боятся круглых цифр. В их среде существует поверье, что они – к коррупции. Тьфу-тьфу.

Перевел в доллары по курсу на начало апреля – тоже некруглая сумма. Дай, думаю, в евро попробую: он до скачка «весил» 392 с лишним тенге. ‎Вышло €112 тысяч. Вычел НДС – получилось аккурат €100 тысяч.

Честно, не знаю – много это или мало за два отчета. Пусть о том скажут специалисты.

Напомню только, что вся работа по ТЭО, включая проектирование DIANEIGE S. A., адаптацию «ГеоДаты Плюс» и «общее руководство» команды Нурова, обошлась в сумму немногим больше 196 миллионов тенге с НДС.

А, кстати, государственная экспертиза будет стоить 3 млн 737 тыс. 794 тенге (это я посчитал в калькуляторе на сайте gosexpertiza.kz), что почти в 12 раз меньше, чем «независимая».

В интернете я насобирал немало информации об ILF Consulting Engineers: каковы ее компетенции, чем занималась. Можно было бы сравнить ее квалификацию с опытом DIANEIGE S. A., которую она взялась оценивать. Не исключаю, еще представится повод об этом написать.

Но сейчас не хочу вас грузить и утомлять этими подробностями. Лучше сразу перейду к самому интересному. К тому, что действительно может вызвать скандал.

(Продолжение следует)

Автор: Вадим Борейко,

Фото: Дмитрий Каратеев.


ЧИТАЙТЕ ПО ТЕМЕ КОКЖАЙЛАУ:


«Он бы прямо на митингах мог деньги зарабатывать», 31 мая 2018 года.
«Как кормят пресс-завтраками», 22 мая.
«Хоть чучелом, хоть тушкой», 21 мая.
«Persona non grata», 21 мая.
«Золотое дно Кокжайлау», 17 мая.
«Сколько денег уже спалили на Кокжайлау», 16 мая.
«Сколько раз «переобулся» Наиль Нуров», 16 мая.

Об этом тоже важно знать