ПОЧЕМУ «МУСОРНЫЙ БИЗНЕС» В КАЗАХСТАНЕ НЕ РАЗВИТ, КАК НА ЗАПАДЕ? Часть 2

817 views

Во всём цивилизованном мире переработка мусора считается прибыльным делом, так как из неё можно извлечь разнообразное вторсырьё. Например, жидкие и растительные отходы легко превращаются в компост, макулатура — в упаковочный картон и туалетную бумагу, а старые автомобильные покрышки – в дорожное покрытие. Из отходов на Западе получают также альтернативные источники электроэнергии, что улучшает на местах экологическую обстановку и повышает качество жизни населения. В Казахстане «мусорный бизнес» до сих пор находится в зачаточном состоянии, несмотря на его очевидную перспективность. Почему он не развивается и не приносит миллиардные доходы, и почему у нас не прижилась зарубежная практика раздельного сбора твердых бытовых отходов? Об этом рассуждает один из основателей «мусорного бизнеса» в Казахстане, предприниматель Егор Зингер


Раздельный сбор мусора: мнение «за» и «против» 


Егор Николаевич, вы являетесь противником внедрения практики раздельного сбора мусора в Казахстане, но в тоже время поддерживаете европейскую модель селективного сбора отходов. Почему?

– Селективный сбор мусора не решит проблему с уменьшением объёма отходов, предназначенных для захоронения на казахстанских полигонах. Он только отсортирует коммерческий мусор, но никогда не приведёт к 100 % переработке мусора, потому что у нас накопилось много проблем в этой сфере. Максимум, на что он способен- так это дать вторую жизнь 3-5% мусора, и всё. Наш менталитет и культура не позволяют внедрить западноевропейскую систему разделения бытового мусора на пищевые и не пищевые отходы, как за рубежом.

Посмотрите: некоторые наши нерадивые граждане не в состоянии донести мусорное ведро или пакет с остатками до ближайшего мусорного контейнера, они выкидывают его на полпути, о какой сортировке отходов в домашних условиях может идти речь?! Опять-таки, у нас не проработана до конца сама организация сбора и вывоза отсортированных отходов. Поставили в своё время в Алматы разноцветные контейнеры для раздельного сбора мусора, а толку, когда мусоровывозящая машина сваливает их содержимое в одну кучу и увозит на полигон. По идее, пищевые и не пищевые отходы по графику должны увозить разные коммунальные компании или же их машины должны быть снабжены разными боксами, но где вы такое видели у нас?

– Что вас конкретно не устраивает в отечественной системе раздельного сбора мусора? 

Потребительское отношение родного государства к своим гражданам. Мы повторно платим за полученную услугу, в то время, как на Западе государство платит за селективный сбор. К примеру, казахстанец купил бутылку газированного напитка, выпил её дома, выбросил отдельно от другого мусора и ещё платит за её вывоз коммунальному предприятию. А как поступают в той же Германии? Немец опускает пустую бутылку в специальный автомат, установленный у магазина, и получает взамен купон на пол-евро. Накопив пару таких купонов, он может купить новый напиток.

Может, с годами мы повысим свою культуру и научимся отделять зёрна от плевел? На Западе тоже ведь не сразу пришли к этому?

– В странах Запада селективная система сбора мусора появилась в 1933 году, а не в 60-х годах, как пишут некоторые СМИ и Интернет- издания. Просто в те годы не было таких технологий, как сейчас, поэтому это новшество так долго приживалось. Лишь в 80-х годах жители стран Западной Европы, всерьёз обеспокоенные экологической обстановкой, стали сортировать мусор, и то не 100%. Как показал мировой опыт, никакое воздействие, кроме экономического, тут не работает. Сортировку отходов нужно либо поощрять материально, как в Германии, где за сдачу стеклотары дают деньги или купоны, либо карать большими штрафами и следить за исполнением.

Так, в крупных городах Франции и Швеции у мусорных баков устанавливают камеры наблюдения. Нарушил человек правило, выбросив в неположенном месте отходы, его потом штрафуют за нарушение природоохранного законодательства. А вообще на Западе с малых лет детей приобщают беречь окружающую среду, там очень развита социальная реклама, направленная на повышение уровня экологического воспитания населения. Сейчас страны Евросоюза, например, в массовом порядке отказываются от бесплатных пластиковых пакетов: в супермаркетах покупателям дают экосумки. Это является, с одной стороны, рекламой магазина, а с другой – стимулирует людей заботиться о природе.

С января 2019 года в Казахстане введён запрет на захоронениепластика, макулатуры и стекла на мусорных полигонах. Насколько своевременно было введено это новшество и насколько оно соблюдается на местах, на ваш взгляд?   

– Я считаю, что запрет на захоронение с 2019 года пластика, макулатуры и стекла принят несвоевременно. Его нужно было ввести гораздо раньше, тогда и состояние окружающей среды в стране было бы гораздо лучше, чем сейчас, и мусорный бизнес был бы рентабелен. Полагаю, что это нововведение выгодно только тем компаниям, которые специализируются на селективном сборе отходов, да экологам-активистам. Что касается его соблюдения, то я лично сомневаюсь, что его неукоснительно придерживаются все и вся. У нас нулевая терпимость прописана только на бумаге, а не в сознании граждан. Я надеюсь, что природоохранная полиция и прокуратура следят за соблюдением законодательства, и что они наказывают нарушителей, но останавливает ли это несознательных граждан – не уверен.


Азы мусорного бизнеса


– Вы занимаетесь «мусорным бизнесом» с 1996 года, поэтому знаете все его нюансы. Какой вы можете дать совет начинающим предпринимателям? Как можно заработать на мусоре?

«Мусорный бизнес» делится на 3 сектора – это вывоз, сортировка и переработка/ утилизация мусора. Каждый из секторов требует много сил, средств и усилий, поэтому новичкам лучше браться за один из этих этапов. Если нет финансовых возможностей построить крупный мусороперерабатывающий завод за 40-70 миллионов долларов, то можете ограничиться небольшим цехом или мини-заводом. Если есть средства, то вам нужно будет выкупить землю под завод, закупить современное оборудование и технологию производства, построить само здание с цехами, подвести к нему все коммуникации. Если завод заработает, то вы можете на первых порах рассчитывать на рентабельность в районе 10-15%. Не ожидайте больших барышей, будьте реалистичнее!

Хозяевам совместного предприятия крупно повезёт, если в качестве соучредителя выступят такие мощные игроки мирового рынка «Управлением мусора», как испанский концерн «ImabeIberica«, итальянский «Sarema« и швейцаро- японский «Hitachi Zosen Inova». Испанцы уже открыли в Астане завод, и он успешно работает, оправдывая надежды учредителей.

– С чего вы начинали свой мусорный бизнес?

С открытия в 2007 году алматинского мусороперерабатывающего завода «VtormaEcology». Будучи директором предприятия, я тщательно подошёл тогда к вопросу технологии переработки мусора, зная, что морфологический состав ТБО очень агрессивный. К нам привозили ежедневно 1,5 тонны отходов, и мы из них делали вторсырьё- упаковочную ленту, трубы и синтепон. Дела в принципе шли хорошо, но большой прибыли бизнес не приносил из-за существовавших тогда низких тарифов на переработку отходов.

– А как вы переключились на строительство астанинского мусороперерабатывающего завода?

Меня пригласили принять участие в разработке и строительстве астанинского проекта, и я согласился. Параллельно вёл дела в Алматы и строил в Астане мусороперерабатывающий завод «Алтын Тет» с 2007 по 2012 год. Выкупил тогда у акимата за 500 тысяч долларов участок земли площадью 5 га и построил на нём завод. В 5 цехах установил современное испанское, итальянское и австрийское оборудование и работал по финской безотходной технологии. Мощность завода составляла 300 тысяч тонн – столько мусора мы могли переработать за год. Нам платили за переработку одной тонны мусора 1800 тенге. На предприятии трудились 150 человек, которые занимались сортировкой отходов, переработкой пластмассы, плёнки и прочих отходов. В итоге получалась жёсткая спецплёнка и эковата- утеплитель. Я руководил столичным заводом с 2012 по 2015 год, потом пришли другие люди.

– Как директор завода, вы проявляли заботу о защите окружающей среды вокруг завода?

После сортировки отходов мы удаляли из них влагу за счёт установленных на заводе фильтров, а затем делали упаковки- брикеты. Благодаря брикетированных отходам не происходил выброс в окружающую среду парниковых газов и метана, не стояла вонь вокруг полигона и главное – не возникали пожары. Для окружающей среды опасны не столько сами отходы, сколько остатки горения – это зола, шлаки и летучие канцерогенные вещества.

– Экологи никогда не подвергали критике работу вашего завода?

Только в 2014 году, когда наш завод 8 месяцев простаивал из-за финансовых проблем. Мусоровывозящие компании задолжали нам тогда крупные суммы за переработку мусора, в итоге, отходы скапливались у нас на площадке. Экологи высказывали возмущение и нас штрафовали за нарушение природоохранного законодательства. Мы сидели без денег, не могли оплатить за электроэнергию, дизель, соответственно, не могли и платить зарплату рабочим. И экоштрафы потом платили вместе с набежавшей пенёй.

– Чем вы сейчас занимаетесь?

Консультирую отечественных и зарубежных бизнесменов, специализирующихся на «мусорном бизнесе». В прошлом году я завершил работу с московским проектом, а на днях вернулся из Азербайджана, где пробыл месяц. Я обратил внимание, что практика селективного сбора твёрдых бытовых отходов у населения там тоже не приживается, как и у нас.

Первую часть интервью с Егором Зингером читайте – здесь


Автор: Жанар Кусанова

Об этом тоже важно знать