Продолжаю разговор о документище под названием «Государственная программа развития туристской отрасли Республики Казахстан на 2019 – 2025 годы». Она принята постановлением Правительства Республики Казахстан от 31 мая 2019 года за № 360. Общие расходы, предусмотренные на реализацию Программы в 2019-2025 гг., составят 1 триллион 385 миллиардов 695 миллионов 800 тысяч тенге (республиканский бюджет – 268 291,8 млн тенге, местный бюджет – 172 167,9 млн тенге, другие источники – 945 236,2 млн тенге, но что это за «другие источники», в программе не указано). По курсу 381,37 тенге за доллар на 31.05.2019 эта сумма равнялась 3 миллиардам 633,5 миллиона долларов.

Программа оглушительна и дерзновенна не только по суммам инвестиций, но и по широте размаха. Процитирую:

«Наиболее перспективными направлениями, вошедшими в ТОП-10, рассматриваются следующие 10 приоритетных туристских территорий в Казахстане:

  1. озеро Алаколь – с потенциалом 2 500 000 туристов в год (текущий поток – 772 000 туристов в год);
  2. горный кластер Алматинского региона – с потенциалом 2 миллиона 500 тысяч туристов в год (текущий поток – 500 тысяч);
  3. Щучинско-Боровская курортная зона – 2 миллиона (750 тысяч);
  4. Баянаульская курортная зона – 450 тысяч (200 тысяч);
  5. Имантау-Шалкарская курортная зона – 400 тысяч (130 тысяч);
  6. озеро Балхаш – 400 тысяч (130 тысяч);
  7. развитие историко-культурного туризма Туркестана – 1 миллион 500 тысяч (500 тысяч);
  8. развитие пляжного туризма Мангыстау – 750 тысяч;
  9. развитие MICE туризма в городе Нур-Султан – с потенциалом 1 миллион (MICE туризм – область индустрии делового туризма, связанная с организацией и проведением различных корпоративных мероприятий; от англ.: <b >Meetings – встречи, Incentives – стимулы, Conferences – конференции, Events – события, мероприятия. – Авт.);
  10. развитие туристской зоны «Байконур» как развлекательного туристского хаба – с потенциалом от 250 тысяч до 500 тысяч туристов в год» (конец цитаты).

В древнем городище Сауран близ Туркестана / Фото Вадима Борейко

Моё восхищение масштабами программы подпортило неуместное воспоминание о том, что на Азиаду-2017 ожидался приезд 30 тысяч зарубежных туристов, а по факту прибыло в 15 раз меньше – всего 2 100 человек из 66 стран.

Но на сей раз, конечно же, всё будет по-другому. Потому что это вам не просто так – целая госпрограмма! И вот эти круглые цифры не от фонаря нарисовали, а тщательно их просчитали.

Не буду растекаться манной кашей по столу и сосредоточусь лишь на втором направлении, близком мне географически, – горном кластере Алматинского региона. Тем более что я уже не раз о нём писал.

Однако туристская госпрограмма так грандиозна, что мне не удастся охватить в одном материале даже десятую его часть – настолько же она и бездонна. Поэтому ограничусь перечислением объектов, вошедших в кластер, и некоторыми комментариями.

Когда в конце июня я публиковал на Informburo.kz своё исследование горного кластера, то гадал, какие курорты в него войдут, а какие нет. А оказывается, тогда уже почти месяц как было всё известно. Но не всем. Теперь гаданья кончились, и перечень объектов станет достоянием публики и республики.

В приложении №4 «План мероприятий по реализации Государственной программы развития туристской отрасли РК» перечислены 125 наименований проектных, строительно-монтажных, маркетинговых и других работ по кластеру (см. в самом низу документа: №№256-380). Не стану пытать вас полным списком. Назову лишь основные объекты.

Смета кластера за год выросла в три с половиной раза

Но прежде скажу, в какую монету обойдётся горный кластер. Напротив каждого вида работ указана их стоимость. И я эти 125 сумм сложил.

Знаете, сколько у меня вышло в итоге? 760 миллиардов 310 миллионов 700 тысяч тенге! Почти 2 миллиарда долларов. 55% от бюджета всей программы. Иначе говоря, один инвестпроект кластера перевесил остальные девять, вместе взятые.Карта «Топ-10 инвестпроектов туристификации Казахстана» / Из презентации нацкомпании «КазахТуризм». Май 2018 года

Напомню, что в мае 2018 года в диаграмме Топ-10 инвестпроектов туристификации Казахстана (презентация была подготовлена нацкомпанией «КазахТуризм») говорилось об инвестициях в горный кластер в размере 197 миллиардов 200 миллионов тенге (см. карту), или примерно 580 миллионов долларов по курсу 15-месячной давности.

8 апреля с.г. аким Алматы Бауыржан Байбек, рассказывая на общественном совете города о кластере, уточнил: «По оценкам австрийских экспертов, вложив 1,5 млрд долларов в его [кластера] реализацию в течение 7-10 лет, отдача для экономики будет 2 млрд долларов ежегодно».

Закроем один глаз на вторую цифру («отдача 2 млрд долларов ежегодно») как не поддающуюся экономическому анализу. Зато другим глазом увидим, что бюджет кластера за неполные два месяца, прошедшие от слов Байбека до принятия программы, вырос на полмиллиарда гринбэков. А за год – в три с половиной раза: с 580 млн до 2 млрд долларов.

Даже не собираюсь принимать многозначительный вид и пускаться в конспирологические рассуждения: дескать, знаем-знаем, как такие бюджеты надуваются. Охотно верю, что смета выросла, например, из-за более тщательного, по сравнению с «драфтом», расчёта расходов на инфраструктуру. Одних дорог сколько в программе запланировано!

Однако есть объект, который по деньгам утяжелил горный кластер едва ли не вдвое. Им мы и откроем список бриллиантов в короне кластера.

Капчагайское побережье / Фото Вадима Борейко

Город-курорт Китеж

1. Строительство курорта «Тенгри» на северном берегу Капчагайского водохранилища Алматинской области.

Я немало удивился, потому что ничего не слышал о таком проекте. Однако это не значит, что «суслика» в природе нет. Просто я прозевал важную информацию. Портал Informburo.kz ещё 26 апреля 2019 года писал:

«Город-курорт Тенгри «Капшагай – новый город» планируют построить на северном берегу Капчагайского водохранилища, сообщается в проекте постановления Правительства… Землю под строительство [2 600 га] выделят из зарезервированного земельного участка в 11 000 га, где ещё в 2010 году планировали строить туристский центр «Жана-Иле».

Кстати, про этот «Жана-Иле» не только в 2010-м писали, но и пять лет назад. Цитата из «Казправды» от 18 октября 2014 года: «В числе самых крупных инвестиционных проектов, создаваемых в рамках трансконтинентального коридора Западная Европа – Западный Китай, – международный туристский центр «Жана Иле», который будет возведён на побережье Капшагайского водохранилища и займёт территорию площадью 11 тыс. га».

А что с ним сталось, с этим центром, – не задался за девять лет? Я погуглил – замах был ого-го. Населённый пункт задумывали на четверть миллиона жителей, с застройкой от таун-хаусов до 20-этажек. И теперь, чтоб свято место не пустовало, там решили заложить город-курорт «Тенгри»?

Кстати, а кто из вас помнит о грандиозном проекте G4-City вдоль трассы Алматы – Капчагай? Это один из самых смешных мегапшиков в новейшей истории страны.

Указатель на Gate City / Фото Серикжана Ковланбаева (Sputnik Казахстан)

А как всё начиналось! Широким взмахом маниловского пера на бумаге начертаны были четыре города-спутника южной столицы – Gate City (финансово-деловые ворота в Алматы), Golden City (университетские кампусы, социалка, культур-мультур), Growing City (транспортный хаб), Green City (курортная зона). За Gate City как бы даже и взялись. Проект разработали в 2006-м, а затем в течение десяти лет семь раз торжественно провозглашали начало СМР (строительно-монтажных работ). Сперва назывались инвестиции в размере около 200 миллионов долларов, затем подписали договор с корейской компанией на 640 миллионов «зелёных». Потом пошли скандалы с финансовыми махинациями вокруг выкупа земли.

Короче говоря, в конце 2017 года премьер Бакытжан Сагинтаев поставил на утрату постановление правительства РК от 2.11.2009 г. №1739 «О генеральном плане города-спутника Гейт Сити Алматинской области».

А на днях Бакытжан Абдирович вспомнил о Гейт-Сити уже в качестве акима Алматы. 29 августа, встречаясь с жителями Бостандыкского района южной столицы, он сказал:

«В сторону Капшагая есть G4 City. Строили в своё время город-спутник, когда жилищный бум стоял в начале «нулевых», до кризиса. Обеспечили полной инфраструктурой, но эти участки пустуют. Я вышел с предложением отдать один участок во владение города – Gate City, где можно построить 600 тысяч квадратных метров жилья. Наши граждане, которые стоят в очередях, могут жить там, чем болтаться где-то непонятно. Будет жильё хорошего качества, там появится социальная инфраструктура».

На реанимацию погибшего было замысла с размахом, вначале обещавшим успех, уйдёт не один месяц, если не годы.

Впрочем, не буду предаваться скепсису и слишком ностальгически ворошить прошлое. Ибо, как в народе говорят, «кто старое помянет – тому доменное имя вон».


Читайте о госпрограмме развития туристской отрасли РК на 2020-2025 гг. и о горном кластере Алматинского региона:


Я как раз собирался сообщить информацию, которая, возможно, вам неизвестна. О том, сколько будет стоить город-курорт Тенгри. 380 миллиардов тенге. Эта цифра записана в госпрограмме. Какая же она красивая и круглая, если долларизировать по майскому курсу – почти миллиард долларов.

Половина сметы кластера. И 27,5% бюджета всей госпрограммы. В ней, между прочим, источником финансирования значатся ЧИ – частные инвестиции. Испытываю неизменный жгучий интерес к фигурам экстремалов-инвесторов, которые соблазняются казахстанским БИКом (благоприятным инвестиционным климатом). Но о них чуть позже.

Всячески удерживаю себя от того, чтобы проводить коннотации грядущей судьбы Тенгри с планидой G4-City и «Жана Иле». Но уж больно намоленное это место – окрестности Капчагайского взморья – для лоббистов проектов-призраков. А впечатляющий бюджет города-курорта лишь резко повышает шансы Тенгри встать в почётный ряд невидимых градов Китежей.

А где на всех зубов найти?

Вас не смущает, что город-курорт Тенгри на берегу водохранилища входит в горный кластер Алматинского региона? Меня – нет. Поэтому перейдём к перечню чисто горных курортов и других объектов, которые предстоит либо построить с нуля, либо модернизировать.

  1. Строительство курорта «Тенгри» на северном берегу Капчагайского водохранилища Алматинской области.
  2. Многофункциональный оздоровительно-туристский экокомплекс (Талгарский район).
  3. «Ой-Карагай» («Лесная сказка»).
  4. «Табаган».
  5. «Almaty Hills».
  6. «Бутаковка».
  7. «Акбулак».
  8. «Каскелен».
  9. «Pioneer».
  10. «Тау Парк».
  11. «ЦСКА».
  12. «Турген».
  13. «Ski-park Jessik».
  14. «Park Cаnyon».
  15. «Шымбулак».
  16. «Кокжайлау».

19 августа вышла моя статья о том, что в госпрограмме строительство курорта КЖ намечено на 2020-2025 годы. По этому поводу разгорелся сыр-бор: ведь 8 апреля президент Касым-Жомарт Токаев рекомендовал отложить реализацию проекта. Однако ни о каких поправках в программу мне пока ничего не известно. Да и отложить проект – не поставить его на утрату. Поэтому я отважно оставляю «Кокжайлау» в списке.

Долина замков Чарынского каньона / Фото Вадима Борейко

Мне показалось, с перечнем что-то не так. По сравнению с 21 января 2019 года, когда Бауыржан Байбек, в то время аким Алматы, облетал на геликоптере окрестности Зайлийского Алатау, список несколько разбух. Вот что передавали тогда СМИ со ссылкой на пресс-службу акима города:

«Австрийская компания Master Concept по заказу акимата Алматы разработала мастер-план по развитию горного кластера вокруг мегаполиса и алматинской агломерации до 2030 года. Мастер-план охватывает все горные локации региона: Тургень, Ак Булак, Oi-Qaragai Lesnaya Skazka, Табаган, Бутаковку, Пионер, Кокжайлау, Шымбулак и Каскелен».

Я выделил в цитате ключевое исчерпывающее слово «все». В январе число локаций кластера ограничивалось девятью. А к концу мая, когда вышло постановление по госпрограмме, оказалось, что не все. Количество выросло чуть не вдвое – до шестнадцати. Добавились экокомплекс под Талгаром, курорты «Тенгри», «Almaty Hills», «Тау Парк», «ЦСКА», «Ski-park Jessik», а также «Park Cаnyon».

В прошлом году я участвовал в дебатах с одним из сторонников застройки урочища Кокжайлау. И он в порыве энтузиазма воскликнул, сделав широкий жест руками: «Моя бы воля – я бы все горы здесь курортами застроил!» Я посмотрел на него с некоторой тревогой.

Но напрасно опасался за состояние его здоровья. Мой визави был вполне в здравом уме. И, как видим, в тренде: в правительстве думают в точности так же, как он. Если чиновники решили застраивать горы – медицина тут бессильна.

Из 16 основных объектов горного кластера, за исключением Тенгри, экокомплекса и Чарынского каньона, 13 – курорты с горнолыжной составляющей. Тринадцать!

А где на всех зубов найти, то есть горнолыжников? У нас даже Шымбулак заполнен считаные дни в году.

Весна в Талгарском ущелье / Фото Вадима Борейко

От ноги на глаз

В госпрограмме записано: «2) горный кластер Алматинского региона – с потенциалом 2 миллиона 500 тысяч туристов в год (текущий поток – 500 тысяч)». Мне любопытно: откуда берутся такие цифры, из каких таких расчётов? Ну, допустим, два с половиной миллиона – это оптимистическая фантазия. А полмиллиона – это ведь должно быть реальное количество, раз турпоток «текущий».

В июльском интервью председатель экологического общества «Зелёное спасение» Сергей Куратов сказал мне: в корректировке генплана развития Иле-Алатауского ГНПП от 2019 года указано, что в 2018-м Заилийский Алатау, где расположены все объекты кластера (кроме курорта Тенгри, которого ещё нет в природе), посетило 117 тысяч человек. Не только горнолыжников, а всех: альпинистов, пеших туристов и просто любителей пленэра. Так откуда взялись 500 тысяч?

Один специалист говорил мне, что в советское время стоимость проектируемых объектов и их потенциальная заполняемость оценивалась по принципу «от ноги на глаз». Похоже, тут мало что изменилось. Если не приобрело гипертрофированные формы.

А ожидания авторов госпрограммы миллионных турпотоков почти по каждому из Топ-10 инвестпроектов, пожалуй, можно сравнить разве что с экономическим обоснованием междупланетного шахматного турнира в Васюках, который Остап Бендер вдохновенно и твёрдо пообещал членам «Клуба четырёх коней».

Правда, за лекцию «Плодотворная дебютная идея» концессионеры выручили не ахти – двадцать рублей из кассы васюкинских шахматистов да Воробьянинов продал билетов на тридцать пять. А вот на кону туристской отрасли – совсем другие деньги.

Как же определить степень реалистичности госпрограммы относительно будущих турпотоков? Да очень просто – вспомнить Универсиаду-2017 и поделить на пятнадцать. По кластеру это будет выглядеть так – 2 500 000:15=166 666. Очень правдоподобно. 117 тысяч туристов посетят Иле-Алатауский парк, и ещё 50 тысяч съездят на Капчик.

И не забыть переименовать Алматы в Нью-Куршевель, а Куршевель – в Old Almaty.

Опасная тропа / Фото Вадима Борейко

Сколько их упало в эту бездну!

Вот ещё что меня заинтересовало в программе. Из общих расходов почти в 1 триллион 400 миллиардов тенге 19,34% бремени ляжет на республиканский бюджет, 12,42% – на местный, а 68,21%, или 945 миллиардов, – на другие источники. Что же это за источники? Про экстремалов-инвесторов я говорил: толпами они в Казахстан не валят. Нацфонд? Не все ещё банки спасены. Займы? На Западе время длинных денег истекло. Тогда что? Я позвонил знакомому финансисту:

– Могут ли у нас китайские кредиты выдать за частные инвестиции?
– Ну это глупо, – ответил он.
– Я не спрашиваю, глупо или умно. В принципе такое возможно?
– В принципе – да.

Конечно, мне на ум пришла история со столичным ЛРТ. На старте проект стоил 1 миллиард 800 миллионов долларов. Была привлечена линия займа от Государственного банка развития Китая на полтора миллиарда под госгарантию. Из них около 350 миллионов ушло на строительство. С учётом обслуживания кредита проект ЛРТ за 20 лет встал бы в 2,6 миллиарда долларов. Нелёгкая это работа – из болота тащить бегемота. И хотя его серьёзно оптимизировали, он основательно увяз в трясине.

И вот теперь на наших глазах сочинили очередного «гиппопотама», подогнав смету под мифические базовые показатели.

Я почти всегда рассматриваю крайние, негативные варианты развития тех или иных проектов. Не только в силу личной вредности, хотя не без неё: червяк сомнения является неотъемлемым атрибутом моей профессии. А ещё и потому, что мой пессимизм пытается пусть на йоту, но уравновесить неизменное и безудержное головокружение от будущих успехов, всегда присущее авторам госпрограмм.

Уж слишком сквозь очертания туристификации, и особенно горного кластера, просвечивают итоги воплощения в жизнь ЛРТ, G4-City, заводов по производству планшетов, малой авиации, биоэтанола и прочих «прорывных» (от слова «прорва») проектов. Сколько их упало в эту бездну! Случайны были эти провалы или тщательно организованы – другой вопрос. Ведь от освоенных государственных денег безвозвратно пропадает, зарывается в землю только часть, а другая часть исправно служит чьим-то частным интересам.

Здесь ставлю точку, но лишь в статье, а не в исследовании госпрограммы. К нему я обязательно ещё вернусь.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.

Фото обложки : Вадим Борейко