Климатическая повестка: только вперед!

293 просмотров
люди

От Германии до Дальнего Востока – такой оказалась аудитория встречи, посвященная вопросу общественного участия в экологической и климатической политике Казахстана.

Встреча была организована Социально-экологическим фондом совместно с Ассоциацией АРГО. Большое внимание к мероприятию объясняется тезисом из выступления директора региональных программ АРГО Кайши Атахановой, согласно которому экологическому сообществу необходимо постоянно повышать осведомленность о своих правах, так как ситуация у нас в этом непростая: даже если законы позволяют влиять на экологическую и климатическую политику, как правило, это не работает потому, что нет практики или она слабая.


Насколько противоречива ситуация в Казахстане, показал доклад Вадима Ни, юриста и специалиста по экологическому праву. В стране формируется новая законодательная база: принята новая редакция экологического Кодекса, и введен новый инструмент – стратегическая экологическая оценка (СЭО). Это оценка возможных воздействий на окружающую среду в результате принимаемых решений и документов. Это стратегии, программы, планы – все то, что может затрагивать те или иные аспекты окружающей среды. Но пока на практике СЭО не применялась, хотя есть все предпосылки.

Представители Экофорума активно участвовали, комментировали подготовку «Стратегии достижения углеродной нейтральности до 2060 года». Но есть еще один документ, обсуждение которого не было столь активным. Это постановление правительства об утверждении определяемого на национальном уровне вклада  Казахстана до 2030 года в достижение цели Парижского соглашения. Эти два документа отличаются от других концепций, стратегий, программ тем, что шансов, что их отменят через какое-то время, меньше. Они привязаны к международным обязательствам и сделать это не так просто. По крайней мере нужно будет что-то принять взамен, поскольку это наша основа для участия в реализации Парижского соглашения, – заметил Вадим Ни.

Среди инструментов, которыми может пользоваться общественность, когда речь идет о строительстве тех или иных объектов в Казахстане, есть ОВОС – это оценка воздействия на окружающую среду. После того, как проведена ОВОС, по ее результатам готовится отчет и проходят слушания. Несмотря на критику в адрес процедуры проведения ОВОС, заметил специалист, этот инструмент все же действует. В Экологическом кодексе предусмотрена также «климатическая адаптация», т. е. прописан процесс, согласно которому при разработке государственных программ и программ развития территорий необходимо проводить оценку уязвимости и разрабатывать меры по адаптации к изменению климата. Общественное участие в этом инструменте также предусмотрено. Менее широкое, чем по ОВОС и СЭО, но оно есть.

С точки зрения организационных возможностей участия общественности, положительная динамика тоже есть: за последнее время появились цифровые платформы, с помощью которых можно участвовать в обсуждении всех программ, стратегий, концепций, которые утверждаются тем или иным законодательным актом. Это «Открытые НПА» и «Экопортал». Там есть стадии, на которых общественность может принимать участие в обсуждении и оставлять комментарии.

Что касается международных стандартов, которые регламентируют общественное участие, у нас есть Орхусская конвенция и, в отличие от многих международных конвенций, в ней стандарты определены более детально и понятно. Так, в ней имеется шестая статья, на основе которой мы участвуем в обсуждении проектов хозяйственной деятельности. Есть седьмая статья, которая касается стратегий и планов. Она не обязательно привязана к СЭО. Даже если в стране СЭО еще нет, нужно обеспечивать определенные элементы в отношении обсуждения стратегий и программ. Кроме того, восьмая статья определяет требования об общественном участии в отношении законодательства. Это тот этап, когда законодательство разрабатывается исполнительными органами. Когда законопроекты в парламенте или в маслихатах, Орхусская конвенция не применяется. Считается, что в парламенте есть свои процедуры для общественного участия, – заявил Вадим Ни.

Озвучил он и ряд рекомендаций для повышения роли общественности в решении экологических и климатических задач. Например, расширение компетенции общественных советов: в законодательстве предусмотрено, что они могут давать рекомендации, но это не касается проектов стратегий, программ развития. Важно работать и с цифровыми платформами, ведь они уже запущены, но необходимо объяснить людям, как с этим работать. Использование этих платформ сегодня очень слабое. Кроме того, необходимо запускать СЭО и адаптацию к изменению климата. И, конечно, повышать общественную осведомленность, повышать квалификацию госслужащих по вопросам, касающимся общественного участия. Тогда можно говорить о широком общественном участии и активном сборе мнений.

Насколько эти рекомендации актуальны, показали результаты интервью с представителями экологических общественных организаций об опыте участия в обсуждении проекта «Стратегии достижения углеродной нейтральности». Исследование по заказу «Социально-экологического фонда» провела эколог Алия Веделих.

Какие проблемы ограничивают общественное участие в климатической и экологической политике в Казахстане? Ответы респондентов позволили выделить четыре категории:

  • проблемы внутри самого экоактивистского сообщества;
  • те, что возникают при работе с населением;
  • проблемы, ограничивающие эффективное взаимодействие с госорганами;
  • проблемы, возникающие в работе общественных советов.

Очень неожиданно и грустно прозвучала «расшифровка» блока проблем, связанного с населением. Оказывается, до сих пор у немалого числа наших соотечественников сохраняется скепсис в отношении глобального потепления. Причем свойственно это и рядовым гражданам, и чиновникам.

Алия

Нередко люди думают, что это конспирология, «торговля воздухом», что это «проклятый запад хочет всех обмануть». И у климатических активистов не так уж много поддержки со стороны населения, – отметила Алия Веделих.

Говоря о работе с госорганами, специалисты отмечают непрозрачность принятия решений. Отчасти это связано с консерватизмом чиновников. Также нет связи между международными обязательствами Казахстана и теми, что ставятся на национальном уровне. Международные амбиции страны не подкрепляются планами и практикой на местном уровне. Деятельность местных органов власти не оценивается по экологическим показателям. При формировании рейтинга акимов никак не учитываются экологические показатели. Сильно в Казахстане и угольное лобби, с чем респонденты связывают перенос решения об отказе от использования угля на период после 2040 года.

Специалисты на встрече отметили и позитивные изменения. Например, экологические проблемы все же входят в сферу интересов казахстанцев. Это случилось благодаря тому, что во многих городах страны в результате частных инициатив были установлены датчики загрязнения воздуха. Второй плюс – цифровизация, то самое появление новых экологических порталов. И третий позитивный момент – тема изменения климата наконец-то громко прозвучала в политическом контексте Казахстана.

Президент Токаев, как известно, ждет от правительства стратегию достижения углеродной нейтральности. Есть минус это происходит очень быстро и общественность не всегда успевает принять участие в этой работе, но большой плюс в том, что экологическая проблематика, наконец-то, признается, – отметила Алия Веделих.

Будущее любой политики, тем более такой масштабной, как климатическая и экологическая, это отношение к ней молодежи. Оценить отношение молодежи к этой политике в сегодняшнем Казахстане поможет исследование юриста Камили Тюлебаевой, проведенное на основе интервью. Вывод исследования таков: молодежь интересуется проблемой изменения климата, но не слишком активно участвует в ее решении.

Камиля

Общая проблема у всех экологических объединений – это нехватка информации, тематическое обучение и разъяснительная работа со стороны госорганов. Есть и недоверие к прозрачности процедуры, так как нет обратной связи, не ясно, был ли принят госорганами комментарий. Кроме того, информация в документах часто сложно сформулирована, мало ее на казахском языке. Из этого вытекают и возможные пути активизации молодежного движения: экологическое образование в разных форматах, упрощение доступа к информации, систематизация информационных баз. Большой и удобной площадкой общения государства с молодежью могли бы стать университеты. А в школьную программу необходимо добавлять точечные уроки, посвященные проблеме изменения климата, – заметила Камиля Тюлебаева.

Итак, ситуация с участием общественности в экологических вопросах в Казахстане противоречива. Позитивные движения, безусловно, есть, и говорить, что мы движемся «шаг вперед, два назад» нельзя. Скорее, это «шаг вперед и пауза на месте», следующий шаг можно делать быстрее и шире.


Фото: Вадим Ни, Алия Веделих, Камиля Тюлебаева.

Фото обложки

Об этом тоже важно знать