Преследование экологических активистов: поселок Березовка

by Дина Ни
848 views
Преследование экологических активистов

Экологические активисты – герои нашего времени. И, как вы, наверное, помните, в одном из наших предыдущих выпусков мы объявили о том, что начинаем серию публикаций на тему “Преследование экологических активистов”. В них мы расскажем о том, насколько неблагодарным порой оказывается их труд. Герой сегодняшнего нашего выпуска – Сергей Соляник. Сергей поведает нам свою историю борьбы за права жителей Берёзовки.


Немного о том, что случилось в Березовке


Преследование активистов

Сергей Соляник

– Сергей, расскажите, пожалуйста о кампании по защите Берёзовки.

Сама кампания началась примерно в 2003 году. И её основная уникальность заключается в том, что она была организована самими местными жителями, главным образом женщинами. Кампанию возглавила Светлана Аносова, учитель музыки в местной школе. Она вообще по жизни активист. И достаточно большое количество женщин поддержали инициативу сразу. На начальном этапе инициативная группа состояла из порядка 15 человек. С увеличением добычи на Карачаганакском нефтегазовом месторождении увеличились выбросы, которые отражались на здоровье людей, на местных огородах и домашней скотине. Соответственно, люди стали требовать решения вопроса с переселением.

Почему они подняли этот вопрос? Потому что на первом этапе даже государственные органы поддерживали местных жителей. Согласно результатам оценки воздействия на окружающую среду (ОВОС), уже изначально было понятно, что месторождение будет оказывать воздействие на местных жителей. И в первых документах, кажется, конца 90-х годов – начала 2000-х, даже значилось, что необходимо переселить 2 поселка – Тунгуш и Берёзовку.

В результате, в 2003 году был переселен посёлок Тунгуш, так как он находился гораздо ближе к месторождению, примерно в 3 км от него. А Берёзовка вдруг выпала из процесса переселения. Более того, в 2003 году власти вместе с компанией «Карачаганак Петролиум Оперейтинг» (КПО) незаконным образом сократили санитарно-защитную зону вокруг месторождения. Это было потом опротестовано прокуратурой. И Экологическое общество «Зелёное спасение» в суде доказало незаконность сокращения с 5 до 3 км. Это было сделано для того, чтобы посёлок не попадал в санитарно-защитную зону, и не было правовых оснований для переселения. То есть люди видели манипуляции с правовыми вопросами, что их лишают возможности переселения. И плюс, они физически ощущали на себе выбросы с месторождения.

С чего началась кампания?


Светлана Аносова, лидер кампании, просто начала проводить опрос местных жителей по дворам. В результате выяснилось, что многие люди в посёлке болеют. Она даже составила своеобразную карту: где, в каком доме, какие имеются заболевания.

Когда наша организация Crude Accountability подключилась к кампании, были обращения в адрес КПО, в адрес президента. Мы предлагали решить вопрос, так как люди в посёлке страдают. Реакция была практически нулевая, формальные отписки.

Тогда было решено организовать собственный мониторинг. Именно с этим и помогала Crude Accountability. Для мониторинга использовалась методика, которую применяют экологические организации США много лет, и она, кстати, одобрена Агентством по охране окружающий среды США. В рамках данного метода берутся емкости, в них закачивается воздух, и затем ампулы с воздухом отсылаются в сертифицированные лаборатории США. В результате, в воздухе посёлка было выявлено порядка 25 канцерогенов. Мы опубликовали этот материал. На что нам ответили, что всё это ерунда, так как этот метод не сертифицирован в Республике Казахстан.

Кампания в Берёзовке

В чем важность этой кампаний?


  • Во-первых, это редкий случай для Казахстана, что инициатива была проявлена именно местными жителями.
  • Во-вторых, нарушение экологических прав граждан на здоровую окружающую среду было очевидно.
  • В-третьих, не сами люди пришли на месторождение. Это компания пришла на то место, где уже жили люди. Очень долгое время люди жили за счёт сельского хозяйства, а тут приходит компания и разрушает традиционный образ жизни.
  • В-четвертых, кампанию поддержали очень многие общественные организации. Так, помимо CrudeAccountability, «Зелёное спасение» и Бюро по правам человека оказывали юридическую помощь жителям.

Благодаря проведению этой кампании, нам удалось опробовать самые разнообразные методы. Это и сбор подписей, и проведение независимого экологического мониторинга, и опрос жителей на тему состояния их здоровья, и запросы в международные органы и, конечно же, судебные иски. Кстати, что ещё хотелось бы отметить, так это то, что один иск «Зелёного спасения» в итоге закончился победой. В 2010 году было принято решение о переселении двух семей Берёзовки, которые оказались в санитарно-защитной зоне. Хотя решение суда так и не было выполнено местными властями.

Преследование экоактивистов (кампания в Берёзовке)

Что произошло в 2014 году, когда случилось массовое отравление?


С начала кампании мы начали системно собирать данные и поняли, что на здоровье людей оказывается очень серьезное воздействие. Идет медленное отравление людей… Более того, Карачаганак считается предприятием первого класса опасности.

Поэтому мы много раз предупреждали власти и КПО, что если не переселить людей, то может произойти трагедия. Это и произошло 28 ноября 2014 года. Как выяснилось позднее, днём раннее на предприятии случилась авария. В результате чего, предприятие было вынуждено отжигать большой объем газа. Соответственно, был зафиксирован высокий уровень выбросов, что также подтвердила прокуратура Западно-Казахстанской области.

Уточню, что такое отжиг. На любом месторождении, вместе с добычей нефти и газа выделяется также попутный газ. Есть различные пути его утилизации. Попутный газ либо закачивают обратно в пласт для поддержания давления, либо какую-то его часть отжигают. В случае возникновения аварии газ невозможно утилизировать и его полностью отжигают. Такова технология.

В итоге, в результате произошедшей аварии и выбросов с месторождения, пострадали дети, которые просто надышались этим газом утром по дороге в школу. Уже на первом и втором уроках дети, разных возрастов и в разных классах, начали неожиданно падать в обморок. В общей сложности, симптомы отравления проявились у 25 детей.

Почему на детях это отразилось сильнее всего?


Потому что эти дети изначально выросли в отравленной среде. То есть тут сработал накопительный эффект. А выбросы 28 ноября послужили лишь спусковым крючком… В результате, это привело к тому, что 25 детей потеряли сознание. У них были были тошнота, судороги.

К сожалению, мы до сих пор не знаем, какой именно газ оказал влияние. Но произошло то, о чём мы предупреждали. И сильнее всего это отразилось на детях, на их здоровье…

Изначально власти обещали разобраться в ситуации, но затем стали тормозить процесс. Уголовное дело по факту отравления детей расследовалось только до осени 2015 года. А затем были попытки закрыть его. Процессу замалчивания способствовали и местные врачи, которые ставили пострадавшим детям какие угодно диагнозы, но только не токсическое отравление.

Чтобы доказать, что это было действительно токсическое отравление, одна из матерей, вскоре после трагедии, отвезла своего ребёнка в Актобе. И там диагноз сразу подтвердили. Позже токсическое отравление нескольких пострадавших детей Берёзовки также подтвердилось после обследования в детском центре имени Семашко в Москве.

Иначе говоря, всем стало очевидно, что токсическое отравление активно пытаются скрыть. В свою очередь власти публично заявили о невиновности КПО.

Стало очевидно, что дело просто хотят спустить на тормозах. В апреле 2018 года было вынесено постановление о закрытии уголовного дела. Хотя, если внимательно изучить само постановление о закрытии дела, то в нём прослеживается связь между выбросами с месторождения и отравлением детей. В документе упоминается, что в первых пробах в крови детей был обнаружен петролейный эфир, и этот элемент был также в выбросах КПО.

Преследование экоактивистовКаковы последствия для экологических активистов?


– Сергей, расскажите, что произошло конкретно с Вами в этой ситуации? 

Прежде всего, хотелось бы отметить, что если бы не было этой 15-летней кампании, то ситуация с переселением Берёзовки, возможно, так и не сдвинулась бы.

Когда начался процесс переселения, то мы активно стали мониторить ситуацию вместе с инициативной группой родителей пострадавших детей. Мы настаивали на том, что, согласно международным стандартам, процесс переселения должен быть максимально прозрачным. И, по всей видимости, именно это повышенное внимание к вопросам переселения и его финансированию вызвало беспокойство властей. Первые признаки негативной реакции со стороны властей появились в 2016 году.

В июле 2016 года появился анонимный фильм “Березовские маски демократии”. В нём экологических активистов обвиняли в том, что мы пытаемся организовать “цветную революцию” в ЗКО. Любопытно, что в фильме были озвучены цифры, сколько семьи пострадавших детей получили за переселение, а эти данные являются конфиденциальной информацией и были известны только властям и КПО. Это естественно вызвало негодование местных жителей, и они потребовали от правоохранительных органов найти авторов фильма. Безрезультатно. Это было первым сигналом.

Вторым сигналом стало то, что после выхода этого фильма я стал получать звонки от местных жителей, что против меня собираются сведения. На какое-то время я просто перестал ездить в посёлок. Когда переселение уже завершилось в конце 2017 года, я без проблем приезжал в посёлок несколько раз.

И в мае прошлого 2019 года у меня была очередная деловая поездка в Уральск. Вот я и решил вместе с супругой навестить Берёзовку. Несмотря на то, что посёлок теперь входит в санитарно-защитную зону Карачаганака, его посещение не запрещено. Все, что запрещает законодательство — это проживать в этом месте и выращивать там сельскохозяйственную продукцию.

Хотя накануне было несколько звонков от местных жителей, которые предупреждали, что местная полиция спрашивала обо мне… Я не придал этому значения. Подумал, что как раз в мае были выступления оппозиции, местные власти проверяют всех активистов.

О задержании 2019 года


7 мая 2019 года, в праздник, мы с женой поехали в посёлок. Когда мы начали фотографировать, сначала рядом с нами появилась белая «Нива». Из нее вышел человек, который мельком продемонстрировал свой бейджик КПО и представился Булатом. Он пояснил, что мы находимся на территории КПО, и здесь запрещено фотографировать. Я, естественно, возмутился, но спорить сильно не стал.

Мы проехали дальше по посёлку, сделали снимки школы. И вот, проезжая по посёлку, мы заметили полицейскую машину, которая нас остановила. То есть после нашего разговора с представителем охранной структурой КПО полиция появились примерно через 20 минут. И это при том, что заброшенный поселок Берёзовка от Аксая находится примерно в 30 минутах езды на машине. Кстати говоря, белую «Ниву» я вновь увидел стоящей неподалеку от полицейской машины. То есть полицейская машина либо дежурила в посёлке, либо целенаправленно ехала за нами с Аксая.

В итоге, полицейский нам предъявил, что мы находимся в экологической зоне, где запрещено фотографировать. Мы не стали спорить, так как любое возмущение может быть истолковано, как сопротивление действиям полиции.
Мы с супругой согласились проехать вместе с сотрудниками полиции. Но прежде я все же позвонил друзьям в газету “Уральская неделя” и сообщил, что меня и мою супругу задержали.

Когда мы приехали в РОВД города Аксая, выяснилось, что меня задержали, чтобы допросить по уголовному делу. Тогда я удивился ещё больше, так как не понимал, о каком уголовном деле идёт речь. В процессе допроса выяснилось, что речь идет об уголовном деле за распространение заведомо ложной информации. Я сразу отказался продолжать беседу без адвоката.

В это время в соседнем кабинете допросили мою жену. Однако её допрос был более формальным. Основной фигурой в данной ситуации был я. Тем не менее, обоих нас задержали незаконно. Законных оснований для нашего задержания у полиции не было. Если бы меня официально заранее вызвали на допрос повесткой, то я, конечно, бы пришел сам.

Что происходило дальше?


В итоге, после незаконного задержания мне выписали повестку явиться в РОВД на следующий день, то есть приехать опять из Уральска за более чем 100 км. Сразу после выхода из полиции я направился в районную прокуратуру и написал жалобу на незаконные действия сотрудников полиции.

После этого я тут же связался с “Уральской неделей”. Они сразу придали огласке факт моего задержания. Моей ситуацией также заинтересовалось Радио Азаттык. Они начали связываться с департаментом полицией ЗКО. В результате, вечером, 7 мая несмотря на то, что это был праздничный день, пресс-служба ДВД выпустила короткий пресс-релиз по поводу моего задержания.

На следующий день 8 мая я приехал на допрос в Аксай, на этот раз уже с адвокатом. Тогда-то я и узнал, что уголовное дело возбудили ещё в 2017 году по статье 274 Уголовного Кодекса РК за распространение заведомо ложной информации. Как позже выяснилось из ответов прокуратуры, заявителями выступили акимат Бурлинского района и департамент здравоохранения Западно-Казахстанской области. Естественно, дело относилось непосредственно к нашей деятельности по защите прав детей Берёзовки.

Спустя какое-то время после допроса я получил письмо из полиции. В нем говорилось о том, что моя причастность к этому делу не была выявлена. Но уголовное дело до сих пор не закрыто.

Однако, мной были поданы жалобы на незаконные действия полиции в прокуратуру района, области и Генеральную прокуратуру РК, а также направлено заявление Специальному докладчику ООН по вопросу о положении правозащитников. Было подано заявление в Секретариат Орхусской Конвенции, так как в моём случае государственными органами страны была нарушена статья 3.8, согласно которой запрещается преследование экологических активистов за их деятельность.


Ситуация, которая случилась с Сергеем, наглядно показывает нам, насколько неблагодарной и опасной порой бывает деятельность экологических активистов.

О докладе 


Полностью обновленный в конце 2019 года доклад о случаях преследований экологических активистов вы можете прочитать по ссылке. 

В него вошли истории, которые схожи между собой, хотя и произошли в далеких друг от друга странах. Защитники окружающей среды находятся под угрозой во всем мире, и представленные в докладе случаи – лишь немногие из примеров. 

Этот доклад рассказывает истории защитников окружающей среды во всем мире. Людей, которые осмеливаются выступать в защиту нашей планеты и ее жителей.

Фото: Ната Ли (фотограф Living Asia), пос.Берёзовка, 07.05.2019.


При поддержке Фонда Сорос-Казахстан.

«Точка зрения авторов, отраженная в публикациях, может не совпадать с точкой зрения Фонда Сорос-Казахстан. Ответственность за факты, сведения, суждения и выводы, содержащиеся в публикации, несут авторы».


Предыдущую статью о преследовании экоактивистов читайте здесь

Подписывайтесь на поток экоинформации:

Instagram @livingasia.online

Facebook @livingasiaonline

Youtube @livingasia.online

Telegram-канал об этичных продуктах бьюти индустрии

Об этом тоже важно знать